Из Воробья в Жар-Птицы

Алла Пугачева, Лайма Вайкуле, Ирина Алегрова и Маша Распутина в одном лице - это Елена Лебенбаум. Если вы даже не видели ее в театре Буфф, то уж точно ее блистательные пародийные номера в любимой народом программе "Аншлаг" не остались незамеченными. Но вы скажете: это же Лена Воробей… Да, да, и это долгая история длинною в жизнь…

- Лена, Вы, конечно же, как и все, мечтали стать актрисой с детства?
- Не просто актрисой, а клоунессой. Но я не знала о существовании цирковых училищ, зато знала, что есть театральные институты, поэтому где-то с класса 8-го я уже хотела стать профессиональной актрисой. Я даже у неба просила, если есть там кто-то наверху, чтобы он помог мне в этом деле.

- И как, помог?
- Дважды я провалилась. Родители в меня уже не верили, и в очередной раз просто не дали мне денег на дорогу. Я стала убирать подъезды в собственном доме, чтобы сколотить себе на дорогу. Когда я привезла студенческий билет, мои родители и тогда не могли поверить, что у меня получилось.

- Родители не хотели, чтобы Вы стали актрисой?
- Мой дедушка, как нормальный еврейский дедушка, хотел, чтобы я стала преподавательницей музыки (я окончила в Бресте музыкальное училище), кем же я еще могу стать? Какая актриса! Дедушка возмущался: гоп-гоп-гоп хочешь быть? Но когда он первый раз увидел меня по телевидению, то загордился.

- Но Вы от музыки все равно не далеко ушли.
- Самое интересное, что меня принимали на курс как категорически непоющую актрису. Я так умудрилась выступить на вступительных экзаменах, что меня никто из педагогов не хотел к себе брать, клеймо поставили: не поет и не запоет. Вообще мое успешное поступление в 1988 году - полная авантюра. Мне сказали, что в театральный берут сразу после школы, а потом уже старики, отбросы… А мне уже восемнадцать с половиной, и я опять пролетаю. Дядя договорился, и мне выписали новое свидетельство о рождении, по которому я оказалась на три года моложе. И я втянулась в эту авантюру по полной программе: в институте объяснила отсутствие паспорта тем, что мне оформляют прописку. Тем временем я удачно сдала три тура и поступала на курс к Исааку Штокбанту, но у меня все время требовали паспорт. Логично получить новый - приношу бутылку шампанского и коробку конфет, а это был страшный дефицит, и мне сказали, что сделают за три дня. А потом нашли карточки моего настоящего паспорта, и дальше как в кино: это статья такая, подделка документов, вам грозит срок. Зачем вы это сделали? Я хотела поступить в театральный институт. Но эта женщина оказалась знакомой моей матери и просто порвала карточку. Я как-то умудрилась отучиться год, оставаясь на курсе самой молодой девчонкой. Но однажды в институте ко мне подошел молодой человек и сказал, что скоро моему мастеру будет известно, что я поступила по поддельным документам. Я была уверена, что меня выгонят, повалилась перед Исааком Романовичем на колени: я вас обманула. Он улыбнулся, я оказывается не первая, кто занимался таким безобразием.

- Ну что ж, настоящая актриса! А как же все-таки Ваши пародии?
- В Театре Буфф почва благодатная: хочешь пой, хочешь клоунадой занимайся, хочешь в спектаклях участвуй. Но я никогда не занималась пародией всерьез, но у Винокура на отсмотре в его Театре пародий я сделала свои первые пародии в легкую, и сейчас вот пришлось для Аншлага, это их формат.

- А как завязались Ваши отношения с Москвой?
- Еще в студенческие годы. Приз зрительских симпатий на конкурсе имени Миронова в 1991 году был для меня как бы трамплином, и потом при помощи своего педагога я отправила кассету на конкурс "Ялта- Москва:Транзит", и когда я уже забыла о ней, мне вдруг позвонили и сообщили, что я прошла в полуфинал. В Москву меня собирали всем миром: у нищих студентов ни костюмов, ни фонограмм толком нет. Когда я увидела конкурсантов, то поняла, что у меня шансов нет. Быть может, только какой-нибудь провод от магнитофона в качестве зрительских симпатий. А это очень престижный конкурс, на нем в 1992 году как раз Леня Агутин гран-при получил. И когда объявили, что я победила, я обалдела. И жюри обалдело: как можно отдать гран-при девчонки из Ленинграда да еще с фамилией Лебенбаум! Но я была на первом месте по очкам, зрители меня заранее поздравляли, ведущие Саша и Лолита меня поддерживали… Все это было похоже на очень сладкий, но затяжной сон: я получила гран-при, приз зрительских симпатий, специальный приз от жюри, и еще один приз от Первого канала телевидения - съемку в престижной программе "Ночной канал". Я была королева на день, все это безумные игры с живыми людьми, и если я увожу в далекий Ленинград столько призов, то обо мне нужно почему-то быстро забыть. Такова Москва!

- Но теперь Вы снова в Москве, но уже в "Аншлаге".
- Я бывала в Москве и раньше, просто не была в потоке. И в "Аншлаг" меня звали еще три года назад. Я познакомилась с Кларой Новиковой на гастролях, и она порекомендовала меня в "Аншлаг". Но я люблю получать удовольствие на сцене, а на тот момент я не чувствовала себя готовый к выходу в такую передачу.

- А для чего Вы взяли псевдоним Лена Воробей?
- Просто моя фамилия длинная и сложная. Когда Геннадий Хазанов приглашал меня в московский театр Эстрады, он долго мялся: как бы вам, Лена, поделикатнее сказать…О, я знаю, о чем вы… Эти же слова мне говорил Винокур, Лещенко, Регина Дубовицкая…

- И как у Вас складываются отношения с командой "Аншлага"?
- "Аншлаг" - это сплоченный коллектив единомышленников, собратьев по юмору, и вдруг такая новая молодежная волна: Ветров, Гальцев и Воробей. Мужчинам в этом плане легче, а женщин в "Аншлаге" мало, юмористки у нас две: Новикова и Степаненко, и я третья. Но у меня со всеми хорошие отношения, так что дело за мной, за репертуаром, чтобы мне стыдно не было.

- А как в театре восприняли Вашу московскую работу?
- Москва на моем горизонте появилась тогда, когда шел прекрасный спектакль "Искушение Жанны", и меня еще хотели выдвигать на звание. Но Исаак Романович понял меня как человека, который хочет найти свое место в жизни. И думаю важнее любовь зрителей, а она от звания не зависит - больше хлопать не станут.

- Но где Вы чувствуете себя дома: все же в Петербурге или уже в Москве?
- Я на сегодняшний день бездомная, хотя у меня хорошая квартира. Для меня дом - это семья, любимый человек рядом, любимое животное, гости в доме, шумные компании… Дом с бардаком и порядком, это мой дом. А сейчас я живу на колесах: сегодня играю в театре, завтра уже в Москве. И вообще я не готовлю для себе дома, не убираю, не стираю… И даже если я занимаюсь чем-то, то все равно думаю, что буду делать на сцене, как прошло мое выступление.

- Значит, с кухней Вы совсем не дружите?
- Это я для себя не готовлю, а для гостей, которых я обожаю, я каждый раз выдумываю что-нибудь, и никогда не запоминаю, как готовить, потому что все равно в следующий раз сделаю иначе. И еще я каждому блюду даю название, последний раз я готовила "Вечер в Токио": купила виноград, грецкие орехи, свининку, чернослив, курагу… Последовательности не помню, но свининка точно вначале обжаривалась. Помню отдыхала на юге, и женщины на пляже продавали кукурузу, все ходили и говорили: горячая кукуруза, горячая кукуруза… Все так к ним привыкли, что даже не замечали. И все потому, что они неинтересно объявляли, вот сказали бы "Горячая молочная ляляфа!", люди просто из интереса бы сбежались, потом улыбнулись и обязательно бы купили. У меня есть такое блюдо: капустные листья сворачиваются в форме котлет, отваливаются и обжариваются. Очень вкусно!

- А как Вы любите отдыхать?
- А я не люблю отдыхать. Если только раз в году под знойным солнцем у теплого моря, и желательно, чтобы я была совершенно одна и ни с кем не общалась. Не люблю глупых вопросов, на которые обязательно нужно отвечать: как вас зовут, а почему вы одна? А я видел вас по телевидению!

- Популярность уже пришла?
- Меня даже в Москве стали узнавать, мне это с одной стороны приятно, а с другой неловко.

Специально для газеты "Этажерка"
(приложение к газете "Вечерний Петербург")

Copyright © 2001 Ольга Окнер